expert2009 (expert2009) wrote,
expert2009
expert2009

Categories:

Медицина — новый «опиум для народа»?

        Медицина становится новой религией современного человека — прием к врачу превращается в причастие, которое дарует успокоение, надежду и силы жить дальше. Большинству людей медицина кажется магией, способной решить абсолютно любые проблемы. Не только вылечить, но и подсказать, как жить: работать и веселиться, любить, мириться и конфликтовать, спать, есть и тренироваться. Мало-помалу врачи захватывают все больше сфер человеческой жизни, диктуя нам новые нормы и правила.
        В западной социологии этот процесс называют медикализацией, и ученые уже давно перестали воспринимать его как нечто позитивное и ведущее к безусловному прогрессу. Так что же плохого в том, что обществом все увереннее начинают управлять белые халаты, и есть ли у российских медиков реальная власть?

Доктор всемогущий

         Медикализация как феномен был определен социальными исследователями еще в конце 60-х годов прошлого века. Под термином понимается расширение медициной своих границ, при котором не связанные с патологией ситуации рассматриваются как медицинская проблема и становятся объектом лечения и профилактики.
         На семинаре в Европейском университете в Санкт-Петербурге по этому поводу развернулась бурная дискуссия. Так, кандидат исторических наук, антрополог Мария Пироговская уверена, что медицина в XXI веке уверенно замещает традицию и религию.
         «В западно-европейских культурах произошел сдвиг представления о природе. В 1991 году об этом писал генетик Ричард Левонтин в своей брошюре „Биология как идеология“. Утрачивая традицию и церковь в качестве источников смысла, человек обращается к природе, и ее амбассадорами оказываются медицина и биология», — отмечает она.
         Здоровье каждый день попадает в фокус внимания человека, трансформируясь в жизненную идеологию — хелсизм. Здоровье воспринимается как социальная ценность, индикатор успеха и самодисциплины, превращаясь в социальный капитал.
         «Медицина в XXI веке активно развивается как наука и социальный институт, выпускается множество исследований, — отмечает Анна Темкина, доктор философии, профессор факультета политических наук и социологии Европейского университета в Санкт-Петербурге. — Медицина заменяет нам религию в широком смысле слова — определяя жизнь и смерть, здоровье, тело, сексуальность, социальные феномены. Ведь ответы на вопросы о том, что есть преступление, за что сажать, а что лечить, также меняются от социально-культурного контекста».
         Хрестоматийным примером стала трактовка гомосексуальности, которая в разные времена считалась преступлением, болезнью и, наконец, нормой. Это доказывает, что медицина определяет многие социальные нормы, переходя из сугубо научно-клинической сферы в моральную. В 90-е годы ВИЧ-инфицированные стали требовать, чтобы их лечили, отмечая, что речь идет не о преступлении, а о болезни. Это сработало: спустя годы пациенты постепенно освобождаются от стигматизации.
         Как бы то ни было, медицина теперь определяет, наказывает и лечит — и стремится поставить диагноз самым разным явлениям, расширяя свои границы. Так, она «пересобирает» понятие семьи, создавая вариант молекулярной ячейки общества — когда ребенок рождается с участием суррогатной матери. Медикализировался и такой естественный процесс, как родовспоможение — настолько сильно, что возникла обратная реакция в виде запроса возмущенных будущих мам на естественные роды.

Самомедикализация и передиагностика

         В конце XIX века канадский врач сэр Уильям Ослер сказал о том, что желание лечиться — одна из характерных черт, отличающая человека от животного. И как бы ни хотелось взвалить все бремя ответственности за медикализацию на врачей, которые в течение трехсот лет захватывают все больше власти, без естественного стремления человека вряд ли что-то получилось бы.
         Мария Пироговская отмечает, что человек начинает медикализировать сам себя: искать в бытовых состояниях аномалии, активно их «гуглить» и пользоваться медицинскими терминами. Большую популярность сегодня приобрел биохакинг, позволяющий корректировать свой образ жизни с помощью огромного количества медицинских анализов, многие из которых можно сделать на дому.
         В западной медицине даже появился термин «передиагностика» — избыточная классификация состояний, когда человеку после большого количества анализов диагностируется заболевание, которое не навредило бы ему. «Пациент» использует различные медицинские гаджеты, сдает анализы и пьет таблетки — на все это уходят деньги и время, а смысл всех этих мероприятий вызывает вопросы.
         В итоге у человека возникает чувство собственной хрупкости, он начинает думать, что живет в условиях постоянных рисков и хватается за любую возможность улучшить здоровье, балансируя на грани ипохондрии. Лекарства же дают иллюзию контроля своей жизни. Постепенно пациент превращается в потребителя, за которого так цепко держится фарминдустрия с агрессивной рекламой препаратов на каждом углу.
         Онколог-гематолог Михаил Ласков отмечает, что СМИ только подкрепляют тягу человека к самомедикализации, публикуя огромное количество текстов и новостей о здоровье. И пандемия ковида лишь усилила медицинскую повестку в медиа. Огромное количество просмотров традиционно набирают личные истории пациентов и комментарии медиков в духе «От каких болезней защитят яблоки», «Что означают цифры в тесте на антитела» и «Как узнать о дефиците витамина Д».
         «Мне как-то позвонил продюсер телеканала и попросил дать комментарий о том, почему первая группа крови привлекательна для комаров. Спросил, какие еще насекомые любят первую группу крови, какую не любят, есть ли статистика. А я и не знаю, я гематологическими заболеваниями занимаюсь. Но проблема комаров в какой-то момент стала медицинской…» — удивляется Ласков.

Каждый — пациент

         В сферу медицины сегодня попадают даже здоровые люди. Профессор Аннси Аувинен из университета Тампере в Финляндии подчеркивает: медикализация превратила обыденные состояния в болезни. Так появились синдром сухого глаза, мастопатия, женская сексуальная дисфункция, низкий тестостерон, ПМС, менопауза, синдром дефицита внимания и гиперактивности у детей, социофобия, прегипертония и предиабет.
         Однако человеческий организм — биофизиологическая система, которая находится в равновесии. Иногда определенные параметры отклоняются, и баланс нарушается, что влечет за собой бытовые состояния, которые не нуждаются в лечении.
         «Само понятие нормы даже с биологической точки зрения — большая проблема, и отклонений от нее по каким-то показателям пугаться не стоит. Организм чаще всего сам возвращается в устойчивое состояние», — объясняет врач-терапевт Артемий Охотин.
         В качестве примера можно привести ОРВИ, о котором за границей даже не слышали, а в России усиленно лечат, хотя известно, что простуда проходит сама собой за неделю, а с таблетками — за семь дней. Врачи уверены, что стремление медикализировать бытовые состояния — это наследие Советского Союза, в котором медицина была очень доступной. И сегодня россияне вызывают врача при малейшем повышении температуры и давления.
         «Врачи первичного звена постоянно сталкиваются с этим: 50-80% обращений — бытовые состояния, которые человек замечает с помощью медицинских гаджетов. Пульсоксиметр или Apple Watch показал необычную цифру — и человек идет к врачу, устраивая себе день медицинских приключений. В России вообще сложилась уникальная ситуация — здоровый человек может самостоятельно пройти на КТ, рентген, кардиограмму и даже сдать анализ крови», — отмечает Охотин.
         Неудивительно, что русские эмигранты часто оказываются недовольны западной медициной — за границей попасть к врачу не так просто, как на родине.
         «У нас же и скорую можно на дом вызвать по любому поводу, и врача, и в поликлинику прийти, и консультацию в тот же день получить, — перечисляет Артемий Охотин. — Сейчас готовится норма о том, чтобы к терапевту человек попадал в течение суток после обращения, а к специалисту — в течение двух недель. На западе же сроки куда длиннее: в течение нескольких дней человек попадает к терапевту, а специалиста ждет больше месяца. Меня как-то знакомая попросила дистанционно сына „проанализировать“, потому что в Лондоне, по ее словам, „с медициной швах“. Только вот когда люди серьезно заболевают, то едут лечиться за границу. И причина такого парадокса в том, что медикализации в России много, а медицины — мало».

Российские реалии

        В России действительно довольно скромные траты на здравоохранение в процентах ВВП. Если в США этот показатель на уровне 18%, во Франции — 14%, Японии — 11%, Великобритании — 10%, то в России — 5,6%. Впрочем, несмотря на то, что расходы на здравоохранение в развитых странах мира за последние полвека более чем удвоились, это обстоятельство уже пару десятилетий не ассоциируется с ростом ключевых показателей здоровья населения. Подтверждается концепция «медицины плоской кривой», описывающая ситуацию, когда оказание дополнительной медицинской помощи и дополнительные траты на нее не приносят дополнительной пользы для здоровья населения.
        Этот факт, конечно, никак не умаляет тех проблем в российской медицине, с которыми врачи и пациенты сталкиваются каждый день.
        «В России не говорят о медикализации так активно, как на западе, хотя она есть, и она избыточна, — отмечает Анна Темкина. — Дело в том, что за границей медицинское сообщество — это авторитетная экспертная власть. Наши же врачи не влияют на организацию медпомощи в стране и не ощущают себя властной группой — скорее чувствуют себя уязвимыми из-за засилья бюрократии. Особенно явно это стало в условиях пандемии».
        Многочисленные интервью с врачами, проведенные исследователями ЕУСПб, показали, что даже главврачи не могут оказывать влияние на организацию медицины — ни на уровне общества, ни на уровне собственной больницы, так как они находятся в зависимом положении.
        Кандидат социологических наук Екатерина Бороздина соглашается с этим, отмечая, что институт здравоохранения в России сегодня подчиняется рыночной логике, а медицинское знание во власти фармкомпаний. Это порождает недоверие многих врачей к медицинским стандартам, которые «спускаются сверху», так как, по их словам, они не соответствуют нормам законодательной медицины.
        «Что касается пациентов — они не доверяют институту здравоохранения России в целом. Отсюда, к примеру, нежелание вакцинироваться от ковида. У людей возникает множество вопросов: правильно ли хранятся вакцины, грамотно ли организованы очереди на вакцинацию и так далее. Мы видим огромные зазоры между медицинским знанием, институтом здравоохранения, врачами и пациентами», — отмечает Бороздина.
        По словам экспертов, проблему избыточной медикализации в России и недостатка качественной медицины можно решить, если переформировать систему здравоохранения в стране так, чтобы ключевые решения по ее организации принимали квалифицированные специалисты с медицинским образованием. Кроме того, стоит заняться просвещением населения, чтобы сформировать у людей адекватное представление о том, что такое врачебная помощь, и как соблюсти золотую середину между профилактикой опасных заболеваний и ипохондрией. И может быть, тогда медикализации в стране, наконец, станет чуть меньше, а медицины — больше.

Автор - Анжела Новосельцева, журналист
Tags: медицина
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments